БАЛАЧКА

В кремлевских коридорах и кулуарах МО уже давно звучат тревожные мнения о том, что без новой волны мобилизации фронт рискует захлебнуться под натиском потерь и затянувшегося конфликта, но даже самые жесткие прагматики из окружения президента Владимира Путина понимают: повторение осени 2022 года с ее хаосом повесток и уличными протестами станет для власти настоящим политическим самоубийством, способным подорвать хрупкую лояльность среднего класса и регионов.

Вместо прямого принуждения, которое могло бы взорвать общество, как это было во времена частичной мобилизации, объявленной самим главой государства, элита выбирает более изощренный путь — финансовые пряники, которые тихо, но дорого обходятся казне и в конечном счете могут добить и без того перегретую военными тратами экономику.

Именно таким инструментом стал свежий закон, принятый Госдумой в ускоренном режиме: теперь кредиты до 10 миллионов рублей спишут всем, кто подпишет контракт с Минобороны начиная с 1 мая, если по долгам до этой даты уже вынесены судебные решения или возбуждены исполнительные производства, а мера автоматически распространяется и на супругов контрактников, превращая прощение долгов в мощный магнит для тех, кто иначе никогда не пошел бы на фронт добровольно.

Инициатива, внесенная в апреле группой депутатов во главе с председателем Комитета по безопасности и противодействию коррупции Василием Пискаревым, стала логичным продолжением закона № 391-ФЗ, подписанного Путиным еще в ноябре 2024 года и позволившего аналогичное списание для тех, кто заключил контракт с 1 декабря того года. Андрей Белоусов, в свою очередь, регулярно рапортует о перевыполнении плана по набору контрактников, но за этими цифрами скрывается не только патриотический порыв, сколько жесткая экономическая реальность: многие из новобранцев — это люди с накопленными долгами, для которых списание 10 миллионов становится спасением от приставов, банкротства и нищеты, а для Кремля — способом нарастить ряды без риска массового недовольства.

Вместо открытой мобилизации, которую публично отвергают и пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, и вице-спикер Госдумы от “Единой России” Андрей Турчак, и даже более радикальные голоса вроде Дмитрия Медведева, элита предпочитает тратить бюджетные ресурсы на косвенные стимулы. Банки, вынужденные списывать просроченные кредиты (потребительские, ипотечные, карточные), формально несут убытки, но в реальности часть бремени перекладывается на федеральный бюджет через механизмы компенсаций и налоговых послаблений, что только усиливает давление на и без того дефицитную казну.

По свежим данным Минфина, дефицит бюджета за первые четыре месяца 2026 года уже превысил 5,8 триллиона рублей — это почти 2,5 процента ВВП и значительно больше годового плана, а военные расходы продолжают съедать около 30 процентов всех трат, оставляя на социалку, инфраструктуру и развитие крохи. В таких условиях новая статья расходов на прощение долгов сотням тысяч потенциальных контрактников рискует стать той самой соломинкой, которая сломает хребет экономики, разогретой до предела инфляцией, ростом госдолга и зависимостью от нефтегазовых доходов, которые, несмотря на все усилия, не поспевают за аппетитами военной машины.

Однако цена высока: она подрывает доверие к банковской системе, провоцирует рост ставок для обычных граждан и усиливает структурные дисбалансы, о которых экономисты предупреждают уже не первый год. Пока в верхах продолжают “выть” о необходимости пополнения рядов, но боятся сказать это вслух, такие меры, как новый закон Пискарева и Володина, позволяют оттягивать неизбежное — но лишь оттягивать. В конечном счете слабая экономика, надорванная войной, может не выдержать бесконечного потока подобных “подарков”, и тогда вопрос о мобилизации вернется уже не как шепот в кулуарах, а как жесткая необходимость, от которой не спасет даже самое щедрое списание .

Челы ! Какая-то мандень стёрла пост, шо ОЛЕХАНДЕР самый умный во всём Краснодарском крае. Отсюда следует, шо ОЛЕХАНДЕР не умный. Он ДБ...БЛ... ! ИМХО